Под городом
Леон Кеннеди пробирается через заражённые подземелья города, сталкиваясь с монстрами и тайнами «Амбреллы», чтобы выжить и раскрыть секреты под поверхностью.
Леон вернулся в главный холл с последним медальоном в ладони. Марвин Брана сидел у стойки, совсем бледный, но пистолет держал крепко, будто на одной его воле ещё стоял весь участок.
— Нашёл выход, лейтенант, — сказал Леон. — Правда, архитектор явно не любил простые двери.
Марвин кивнул на статую богини.
— Уходи. Если встретишь живых — вытащи их.
Леон опустил медальон в гнездо. Камень загудел, плиты под статуей разошлись, открывая лестницу вниз. Из дальнего коридора донёсся вой, и в холл повалили заражённые.
— Похоже, они тоже хотят экскурсию, — пробормотал Леон.
Он шагнул к Марвину, но тот оттолкнул его руку.
— Я прикрою. Иди, Кеннеди.
Леон замер на миг, потом молча кивнул. Иногда помочь значило выполнить последнюю просьбу. Он нырнул в проход, и каменный механизм захлопнулся за спиной.
Под участком пахло сыростью, ржавчиной и старым маслом. Лестница вывела в служебные тоннели, где лампы мигали над трубами, а внизу шаркали десятки ног. Заражённые бродили между решётками и шкафами, ударяясь лбами о металл.
Леон перезарядил пистолет, проверил нож на поясе и пошёл вперёд. Он стрелял только тогда, когда нельзя было обойти, толкал бочки, запирал двери цепями, пролезал под горячими трубами. Один мертвец вцепился в рукав, но Леон ударил его рукоятью по челюсти и вырвался.
— Новая форма, — сказал он сквозь зубы. — Один раз надел, а химчистка уже сдаётся.
В коридоре с провалившимся потолком вдруг стало тихо. Сверху капнула густая слюна. Леон поднял фонарь и увидел существо без кожи, с блестящими мышцами, длинными когтями и слепым лицом, повернувшимся к звуку его дыхания.
Он медленно вытащил дробовик, найденный в оружейной.
— Вот уж точно: не кормить после полуночи.
Лизун сорвался вниз. Леон перекатился за ящики, и когти вспороли металл там, где секунду назад была его голова. Он швырнул пустую гильзу в сторону. Тварь метнулась на звон, а Леон ударил двумя выстрелами почти в упор.
Лизун завизжал и прыгнул снова. Леон встретил его ножом, отступил на шаг и выстрелил последним зарядом. Существо рухнуло, скребя по полу, пока не затихло.
Дальше тоннель вывел к подземной парковке. Там Леон встретил женщину в бежевом плаще и тёмных очках; она держала пистолет спокойно, как будто хаос вокруг был обычным делом.
— Ада Вонг, — сказала она. — Хочешь выбраться — держись рядом.
— Обычно я не хожу за незнакомками в подземелья, — ответил Леон. — Но сегодня правила гибкие.
Вместе они пробились через коридоры, где за стеклом мигали красные лампы, а по грязной воде плыли документы с логотипом «Амбреллы». Город наверху умирал, а под ним кто-то построил лифты, шлюзы и безупречно чистые секреты.
У служебного подъёмника их настиг тяжёлый шаг. Из пара вышел огромный человек в чёрном плаще и шляпе. Лицо его было неподвижным, кулаки сжимались медленно и страшно.
— Это ещё кто? — спросил Леон.
Ада резко побледнела.
— Не стой. Беги.
Мистер Икс проломил стену там, где они были мгновение назад. Леон выстрелил ему в грудь, потом в голову, но гигант только качнулся. Тогда Леон заметил цепь грузового крана над открытой шахтой.
— Ладно, большой парень. Посмотрим, любишь ли ты лифты.
Он заманил тирана на металлическую платформу, выстрелил по креплению и ударил по рычагу. Платформа дёрнулась. Мистер Икс шагнул к нему, но Леон поднырнул под рукой и пнул аварийный фиксатор.
Гигант рухнул в чёрную шахту вместе с решёткой. Снизу донёсся глухой удар.
— Расправился? — спросила Ада.
Леон тяжело выдохнул.
— Скажем так, я подал жалобу в лифтовую службу.
Они спустились ещё ниже, к канатной дороге в недрах канализации. За окном кабины проплывали трубы, бетон и красные огни. Потом впереди открылся чистый холодный тоннель, будто ведущий в другой мир.
Двери распахнулись в лаборатории «Амбреллы». Белые панели блестели под ровным светом, автоматы тихо гудели, а в стекле отражался Леон — мокрый, измученный, с грязью на форме и упрямым взглядом.
Он поднял пистолет.
— Первый день службы продолжается, — сказал Леон. — Надеюсь, у них здесь хотя бы есть кофе.
И шагнул внутрь.